Рынок дизельного топлива: как оно доходит от завода до вашей ёмкости
Про рынок дизельного топлива пишут так, будто он состоит из одних новостей: запретили экспорт, снизили норматив, донастроили демпфер. Для человека, который просто закупает топливо на объект, всё это выглядит шумом — пока не выясняется, что каждое из этих решений через две недели оказывается в его счёте. Разбираем цепочку целиком: кто в ней участвует, где в неё можно войти со своим объёмом и какие рычаги у государства.
1Кто участвует в рынке дизельного топлива
Рынок дизельного топлива в России устроен вертикально, и это его главная особенность. Почти всё топливо производят крупные вертикально интегрированные компании: они же добывают нефть, они же её перерабатывают, они же владеют сетями АЗС. Между заводом и конечным потребителем помещается ещё несколько звеньев, и каждое из них дробит партию мельче.
Выпускают топливо, оформляют паспорт качества на партию и отгружают её вагонами, трубой или в автоцистерну на своей эстакаде. Планируют отгрузку месяцами, а не днями.
Площадка, где производитель обязан продавать часть выпуска в открытых торгах. Даёт рынку то, чего у прямых договоров нет: публичную цену, по которой можно сверяться.
Берут железнодорожные партии, переваливают их в резервуары и держат запас в регионе. Отсюда топливо уходит уже автоцистернами — на АЗС, на объекты и в мелкий опт.
Автопарки, стройка, карьеры, сельское хозяйство, котельные и дизель-генераторы. Им нужен не лот, а объём под конкретную технику и конкретный срок.
Важная для понимания цифра: топлива в стране производится заметно больше, чем потребляется внутри. При обсуждении июльских поправок к демпферу профицит производства дизельного топлива оценивали примерно в 70 % внутреннего потребления — то есть на каждые три тонны, которые Россия сжигает сама, приходится ещё две «лишних». Именно поэтому дизель исторически был экспортным товаром, и именно поэтому регулирование экспорта работает как рычаг для внутренних цен.
2Зачем нужна биржа, если топливо продают напрямую
Большая часть топлива в России продаётся по прямым договорам — завод отгружает своим сбытовым компаниям и крупным покупателям. У такой схемы есть изъян: цена в договоре известна только сторонам. Ни антимонопольная служба, ни независимая АЗС, ни вы не можете сказать, справедлива она или нет, потому что сравнить не с чем.
Биржа решает ровно эту задачу. Производителей обязали выставлять часть выпуска на организованные торги, а сложившаяся там цена стала публичным ориентиром для всего рынка. Норматив устанавливают совместно Минэнерго и ФАС и меняют по ситуации.
Логика снижения норматива выглядит парадоксально — меньше топлива на открытых торгах обычно означает меньше прозрачности. Но объясняют её так: биржевые объёмы слишком часто покупали не те, кто топливо сжигает, а те, кто его перепродаёт. Снижая норматив, государство одновременно расчищает прямой канал «завод — потребитель» и вводит предельные ограничения на рост цены в самих торгах.
Что из этого полезно вам практически: биржевые индексы публикуются открыто, в том числе региональные. Это единственная общедоступная точка отсчёта, по которой можно проверить, двигается ли цена в прайсе поставщика вместе с рынком или отдельно от него.
3Где в этой цепочке можете купить вы
Между заводом и вашей ёмкостью стоят четыре звена, и каждое следующее дробит партию мельче. Выберите объём — увидите, какие звенья открыты именно вам и почему остальные закрыты.
Доступность каналов — по правилам организованных торгов в секции «Нефтепродукты» СПбМТСБ и по вместимости транспорта: вагонная норма для железной дороги, 10 тонн в кузове бензовоза, отсеки от 2 тонн. Тонны пересчитаны по плотности 0,84 т/м³.
Ошибка, которая дороже всего обходится в переговорах, звучит так: «мы хотим брать прямо с завода, без посредников». Желание понятное, но упирается оно не в чью-то жадность, а в физику отгрузки. Завод отгружает вагонами и трубой; чтобы принять вагон, нужны подъездные пути и резервуар. Компания, которой нужно пять тонн в неделю, не может купить у завода не потому, что её не пускают, а потому, что заводу нечем ей отгрузить.
Биржа теоретически открыта всем: нужны аккредитация или брокер, деньги на счёте до начала торгов и своя логистика от базиса поставки. Есть и мелкооптовый сегмент — там отгружают автоцистернами с резервуаров оператора товарных поставок, и одна из таких нефтебаз стоит в Луховицах, в Московской области. Но и этот канал начинается от объёмов в кузов бензовоза и требует, чтобы кузов у вас был.
Мне регулярно пишут: «дайте цену завода». Я всегда отвечаю честно — цену завода я вам дам, только к ней придётся добавить вагон, станцию назначения, слив и месяц ожидания. После этого разговор обычно возвращается к нормальному вопросу: сколько будет стоить пять тонн, привезённых во вторник.
Посредник в этой цепочке продаёт не топливо. Он продаёт дробление партии и скорость: резервуар, который уже стоит полный, и машину, которая выезжает сегодня.
